Автор Зайцева Мария. Страница 8

Это – полный и окончательный трындец, который только и может случиться в жизни любого нормального мужика.

Хотеть женщину, на которую тебе, по-хорошему, да и по-плохому тоже, даже смотреть не стоило никогда.

За всю свою жизнь я насмотрелся вдоволь таких жестких трешовых ситуаций, и думал, что прививку получил от подобного.

А! Еще над бесом в ребро ржал.

У нормального мужика никакого беса в ребро быть не может. Он головой думает, нормальный мужик, а не…

Мне кажется, в то время, когда я такие вещи самоуверенно думал и даже проговаривал на многочисленных пьянках с друзьями, кто-то наверху тщательно записывал каждое мое слово.

Чтоб потом предъявить счет за слова.

И наказать за каждое из них.

За самоуверенность мою дурную.

Любовью наказать.

– Лаура… – поворачиваюсь обратно, со всем вниманием и почтением смотрю на босса, – эту юбку… Больше не надевай в офис.

– Тебе не понравилось? – невинно уточняю, проводя ладонью по поясу… Как раз в районе пуговки, той самой, на которой эта юбка и держится.

– Понравилось, – тяжело роняет он, – и, уверен, что не мне одному… Потому не носи. А белье – носи. Поняла? Еще раз так сделаешь, накажу.

– Хорошо, Адиль, – смиренно киваю я и выхожу за дверь, не забыв напоследок чуть распахнуть юбку, чтоб босс увидел, что при должном старании там можно разрез увидеть до самого… Ну… Пояса.

Вслед слышу сдавленное ругательство на певучем, гортанном языке, торжествующе усмехаюсь.

Все тело поет после двух мощных, шикарных оргазмов, а в голове – полный бедлам.

И улыбка на губах.

Потому что, чего бы там мой восточный босс ни хотел, а одеваться или не одеваться я буду так, как сама хочу.

Потому что это моя игра. И правила в ней я устанавливаю.

– С кем ты здесь жила, сладкая?

Зверь смотрит, как и всегда. Плотоядно, темно и страшно. До мурашек по коже.

– Это не твое дело. С другим человеком.

Сказала, а в горле – ком. От обиды и страха. Оскорбись, Зверь, назови тварью! И уходи! Не мучай меня больше!

– С другим? – голос его становится совсем низким, жутким. И лицо словно чернеет. – И ребенок тоже от него?

– Да! – тут, главное, взгляд не отводить. И я не отвожу.

Уходи, Зверь!

Он подается ко мне всем телом, молча, страшно, словно ударить хочет… Но, вместо этого хватает за руку и тянет на выход.

– Пусти! – пытаюсь вырваться, но когда мне удавалось освободиться из его лап? – Зачем я тебе! С чужим ребенком!

– Ты – моя жена. Значит, и ребенок – мой.