Автор Салах Алайна. Страница 3

Дилогия, включающая в себя книги: «Двое» и «Двое. После».

«Двое»

– Я хочу стать твоей содержанкой.

Мужчина выпускает в воздух сизую струю дыма и фокусируется на мне глазами:

– Тебе лет сколько, девочка?

– Боишься в тюрьму загреметь? – отвечаю ему в тон. – Не бойся. Мне девятнадцать.

– И что, по-твоему, означает быть содержанкой?

– Не видеть вечно пьяного отчима и равнодушную мать. Не думать о том, где я завтра буду спать и что буду есть. Носить красивую одежду и знать, что я не хуже других.

Он снова подносит сигарету к губам, его голос звучит жестко.

– Содержанка продает свою свободу, свою гордость и свое тело. Купивший может делать с ними все, что захочет. Уверена, что у тебя нет другого варианта?

«Двое. После»

…Я думала, что моей любви хватит растопить сердце любимого мужчины, но оказалось, что мои чувства ему не нужны. Он посчитал меня недостойной, наивной, глупой и выставил из своего дома с вещами, разбив мне сердце. Мне пришлось научиться жить без него: найти работу, заново верить людям…

Я больше не наивная девочка, до безумия влюбленная в своего первого мужчину. Теперь у меня все прекрасно и есть парень. Но всего одна встреча и разговор – как все стало рушиться на глазах. Спокойствие оказалось иллюзией. Оказывается, все это время он находился совсем рядом.

Книга содержит нецензурную брань.

— Смотри и запоминай. Мужчина во главе стола — это хозяин дома. Слева — его жена. Вон тот долговязый, который развалился на стуле, — пасынок Вилена Константиновича. Отвратительный у парня характер… — Мама раздраженно цокает языком. — Пороть таких надо. Блондинка — их дочь. А брюнет в белой рубашке — это Леон, его сын от первого брака.

Ее тон становится строже:

— Глаза на него не таращи. У него таких, как ты, вагон и маленькая тележка.

— Каких — таких? — уточняю я, отрывая взгляд от парня, сосредоточенно уставившегося в экран телефона. — Бесприданниц, которых из милости пристроили в самый дорогой вуз страны?

— Повторяю: не ерничай! — грозно шипит мама. — Слава богу, что на свете есть такие люди, как Вилен Константинович. И с учебой тебе помог, и на работу устроил. Куда бы ты сейчас без него? Полы бы в офисах натирала?

— Вместо этого буду натирать полы здесь, — бормочу я. — Мы на стол будем накрывать? А то господа уже скучать изволят.

— Ты помнишь, да, Саш? — посмеивается папа. — В детстве Лина к тебе на колени забиралась и грозилась, что как повзрослеет, замуж за тебя выйдет.

Я торопливо тянусь за стаканом воды. Я домогалась этого мужчины, будучи ребенком? Господи, ну что за день?

— Помню, — откликается мужчина, занимая стул рядом со мной. — Лет двенадцать прошло с тех пор, наверное.

Я чувствую на себе его взгляд, но повернуться не в силах. Вот же дернул меня черт надеть это платье. Какое-то оно слишком… голое.

— Пятнадцать, Саш. Каролине две недели назад двадцать исполнилось.

— Отличный возраст, — сдержанно замечает Александр. — Марку через месяц будет девятнадцать.

Любопытство берет верх над смущением, и я все же заставляю себя повернуться лицом к собеседнику.

— А Марк это кто?

Сейчас без облака пара я имею возможность как следует его разглядеть. Темные глаза с редким миндалевидным разрезом, четкая линия бровей, выступающие скулы, волевая челюсть… Александра я совершенно не помню, но словам папы верю. Он напоминает киноактера, так что нет ничего удивительного в том, что в детстве мне хотелось за него замуж.

Взгляд мужчины задерживается на моей щеке — на той, где родинка, и возвращается к глазам.

– Кто это был? – глаза Кости налиты яростью, на скулах гуляют желваки. – Какого хрена он здесь трется?

– Это не твое дело, – чеканю я, хотя внутренности сводит от страха. – Он меня по крайней мере уважает и не относится как к вещи.

– Ты моя, разве не ясно?! – оглушительно рявкает он и с размаху всаживает кулак в стену. – Я был твоим первым, им и останусь. Узнаю, что ты…

Закрыв лицо ладонями, я громко и истерично смеюсь.

– Я тоже так думала, прикинь. Что ты будешь моим единственным. Шесть лет, Костя! Целых шесть лет я на тебя молилась. Но для тебя острые ощущения были важнее наших отношений. Если тебе нужно напоминание, кто все испортил – загляни в зеркало своей долбанной тачки.

Предупреждение!!! В книге есть сцена мжм – и это порицается ГГ. М+М сами не взаимодействуют.